Замечательная книга
о детстве и юности девочки Саши в царской России накануне 1905 года.
О её друзьях, родителях и учителях. О честности, смелости и ясности
души...
ВОЗРАСТ:
для среднего и старшего школьного возраста
КОММЕНТАРИЙ:
В случае, если данное произведение не является народным достоянием
и/или автор/художник или его наследники не разрешили его всемирное
распространение в электронном виде, Вы обязаны, после ознакомления
с произведением, уничтожить файл/файлы с Вашего жёсткого диска.
СОДЕРЖАНИЕ
КНИГА ПЕРВАЯ. ДОРОГА
УХОДИТ В ДАЛЬ...
Глава первая. Воскресное
утро
Глава вторая. Спектакль-концерт
Глава третья. Званый
ужин
Глава четвёртая. Мы
с папой кутим!
Глава пятая. В гостях
у скупого рыцаря
Глава шестая. Ещё
один подвал
Глава седьмая. Очень
пёстрый день
Глава восьмая. Юлька
больна
Глава девятая. Новые
люди, новые беды
Глава десятая. Зверинец
Глава одиннадцатая.
«Поговорим о геройстве!»
Глава двенадцатая.
«Поль». Юлькино новоселье
Глава тринадцатая.
Иван Константинович. Безрукий художник
Глава четырнадцатая.
19 апреля — 1 мая
Глава пятнадцатая.
Папа и Поль гуляют при луне
Глава шестнадцатая.
Где же Павел Григорьевич?
Глава семнадцатая.
Древницкий
Глава восемнадцатая.
Ещё о Древницком
Глава девятнадцатая.
Мы прощаемся с Павлом Григрьевичем
Глава двадцатая. Свадьба
Глава двадцать первая.
Экзамен
КНИГА ВТОРАЯ. В РАССВЕТНЫЙ
ЧАС
Глава первая. Своей
дорогой
Глава вторая. Первые
подруги. Первые уроки
Глава третья. А первый
день всё длится!..
Глава четвёртая. Первый
день окончен
Глава пятая. Что делать
с Катей Кандауровой
Глава шестая. Неприятности
Глава седьмая. Те
же — и Сенечка!
Глава восьмая. Мой
«дуся» ксендз
Глава девятая. «Детский
рай»
Глава десятая. Болезнь
царя
Глава одиннадцатая.
Внуки Ивана Константиновича
Глава двенадцатая.
«Действия скопом»
Глава тринадцатая.
Неудавшийся журфикс
Глава четырнадцатая.
Тамаре трудно
Глава пятнадцатая.
Горе
Глава шестнадцатая.
Незабудудки
Глава семнадцатая.
Весенние каникулы
Глава восемнадцатая.
Чёрное дело и светлый человек
Глава девятнадцатая.
Последние испытания
КНИГА ТРЕТЬЯ. ВЕСНА
Глава первая. Последний
день в младших классах
Глава вторая. Вечеринка
«как будто бы»
Глава третья. Зачем
и отчего крейсер «Сфакс» плывет к Чёртову острову
Глава четвертая.
«На вече!»
Глава пятая. Отрезанный
ломоть
Глава шестая. Нежданные
гости
Глава седьмая. Финал
трагедии
Глава восьмая. «Уважаемые
госпожи»
Глава девятая. Тайны!
Тайны!
Глава десятая. Что
оказалось на донышке «бялой кавы»
Глава одиннадцатая.
Новый знакомый — Андрей Кожухов
Глава двенадцатая.
Как рождается кружок...
Глава тринадцатая.
Мама недовольна
Глава четырнадцатая.
У Бурдесов не скучно...
Глава пятнадцатая.
Дядя Ромуальд — «министерская голова»
Глава шестнадцатая.
День рождения
Глава семнадцатая.
Новый век
Глава восемнадцатая.
Всё о том же
Глава девятнадцатая.
Мы — абитуриенты!
Глава двадцатая.
Плохо! Очень плохо!
Глава двадцать первая.
Ворота под радугой
Глава двадцать вторая.
Страда
Глава двадцать третья.
«Зелёная улица»
Глава двадцать четвертая.
Чернявый хлопчик
Глава двадцать пятая.
Выпуск
И. Кротова. Книга и
её автор
ОТРЫВОК ТЕКСТА
ИЗ НАЧАЛА КНИГИ
КНИГА
ПЕРВАЯ. ДОРОГА УХОДИТ В ДАЛЬ...
Глава первая.
ВОСКРЕСНОЕ УТРО
Я у мамы
и папы одна. Ни братьев у меня, ни сестер. И это уже — пропащее
дело! Даже если у нас еще родится кто-нибудь — мальчик или
девочка, все равно, — мне-то от этого никакого проку! Мне
сейчас уже девять лет, а им будет — нисколько. Как с ними
играть? А когда они меня догонят, дорастут до девяти лет,
мне-то уже будет целых восемнадцать... Опять неинтересно будет
мне с ними!.. Вот если бы они теперь, сейчас были моими однолетками!
Я беру
с маминого столика маленькое — размером с книгу — трехстворчатое
зеркало. Открываю все три створки — из них смотрят на меня
с одинаковым любопытством три совершенно одинаковые растрепанные
девочки с бантом, сползающим на один глаз. Я воображаю, будто
это мои сестры.
— Здрасьте!
— киваю я им.
И все
три девочки очень приветливо кивают мне, тряся своими бантами.
Неслышно, одними губами, они тоже говорят: «Здрасьте»...
Можно,
конечно, еще и высунуть язык, провести им по губам справа
налево и обратно, можно даже попробовать дотянуться кончиком
языка до носа — зеркальные девочки в точности по-вторят все
эти движения. Но ведь неинтересно! Вот если бы я закивала
«Да, да!», а которая-нибудь из зеркальных девочек замотала
бы головой «Нет-нет!». Или другая из них засмеялась бы, когда
я не смеюсь, а третья вдруг вовсе взяла бы да ушла!
Гораздо
интереснее та девочка, которая смотрит на меня с блестящего
выпуклого бока самовара. Хотя у нее все тот же бант, сползающий
на один глаз, но все-таки она одновременно и похожа на меня
и — не совсем.
Придвинешься
к ней лицом — у самоварной девочки лицо расплывается, становится
круглым, как решето, щеки распухают — очень смешно, я так
не умею. Откинешь голову назад — лицо у самоварной девочки
вытягивается вверх, становится худенькое-худенькое, и вдруг
из ее головы начинает расти другая голова, точь-в-точь такая
же, только опрокинутая волосами вниз, подбородком вверх, —
это еще смешнее!
— Ты что?
— говорю я самоварной девочке очень грозно. Но тут в комнату
входит мама и, конечно, портит всю игру!
— Опять
ты гримасничаешь перед самоваром! Как мартышка!
— Мне
скучно... — обиженно бубню я под нос.
— Поди
играть с фрейлейн Цецильхен.
На это
я не отвечаю — я жду, пока мама выйдет из комнаты. Тогда я
говорю не громко, но с громадной убежденностью:
— Фрейлейн
Цецильхен дура!
И еще
раз, еще громче — мама-то ведь успела отойти далеко! — я повторяю
с удовольствием:
